История - главная    Философия    Психология    Авторам и читателям    Контакты   

История

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 

Луиза все поняла. Он дал понять лорду Бекингему, что мадемуазель де Керуаль следует оказывать в Англии такое же уважение, каким она пользуется во Франции.
Как изменилось ее положение после смерти Мадам! Тогда она была фрейлиной мадам – незначительная роль. Теперь она являлась шпионкой короля Франции, а это по-настоящему важно.
– Мы приготовили для вас много забав, герцог, – сказал король. – Будут устроены маскарады и даны балетные спектакли – во Франции любят балет.
– Ваше Величество слывет звездой балета, – вставила Луиза.
Король, польщенный, улыбнулся.
– И еще мы должны показать вам наши оперы и комедии. Они будут представлены в красочно освещенных гротах.
– Я глубоко тронут честью, оказываемой мне Вашим Величеством, – ответил герцог.
Король на мгновение коснулся руки Луизы.
– А когда вы доставите эту мою маленькую подданную в Англию, не будете ли вы любезны позаботиться о ней?
– Сделаю это с радостью, – ответил Бекингем.
После этого он приступил к осуществлению своих планов в отношении Луизы.
– Хочу, чтобы вы знали, мадемуазель де Керуаль, что отныне я желаю служить вам всей душой.
Луиза ответила на эту откровенную готовность к услугам мило выраженной благодарностью, но почти не придала ей значения. Так же, как ей надлежало выполнять в Англии роль французской шпионки, ей следовало ознакомиться с некоторыми политическими аспектами отношений между этими двумя странами. Она знала, что, несмотря на то, что герцог занимал высокое положение в правительстве своей страны и был членом знаменитого «кабального» совета, он не был осведомлен о подлинных планах своего государя.
Он ничего не знал о том, что король Франции планирует начать весной будущего года войну с Голландией, и король Англии выступит как его союзник, и что в подходящий момент Карл должен заявить о своем переходе в католическую веру.
Поэтому она не возлагала на Бекингема больших надежд. Будучи сама уравновешенной, редко теряя самообладание даже в исключительных ситуациях, она считала герцога слишком горячим человеком, который при всем своем уме способен из-за несдержанности на безрассудство.
Он сказал ей, что, хотя он и польщен оказанным ему во Франции приемом, ему не терпится вернуться к себе на родину.
Он с восторгом отзывался об Анне Шрусбери – и действительно был очарован этой женщиной. Луиза молча слушала его. Он начал думать, что она настоящая простушка, которой не удастся добиться привязанности английского короля. Он сравнивал ее с Анной, с Барбарой, с Молл Дэвис и Нелл Гвин. Вся эта четверка отличалась красотой – замечательной красотой, которая привлекала всеобщее внимание, где бы они ни появлялись. Бекингему казалось, что Луиза де Керуаль была лишена даже этой собственности. Бог мой, временами становилось заметно, что она косит. И держится она постоянно чрезвычайно сухо; он вспомнил бушующих от гнева Анну и Барбару, остроумную и веселую Нелл. Правда, Молл Дэвис никогда не бушевала, не острила и редко явно выражала свои чувства, но она была необыкновенно мила. Нет, чем больше он все это обдумывал, тем больше утверждался во мнении, что Луизе Керуаль не удастся надолго овладеть вниманием короля.
Он раздумывал, стоит ли тратить свое время на то, чтобы войти к ней в доверие: ему так не терпелось вернуться к Анне!.. Он сказал ей:
– В Париже я должен решить еще кое-какие вопросы. Но мой господин, король Англии, с нетерпением ждет вас. Думаю, мы сбережем время, если вы тотчас отправитесь в Дьепп с сопровождающими, которых я для этого выберу. Я быстро закончу в Париже свои дела, договорюсь о яхте, на которой вы отправитесь в Англию, и, клянусь, прибуду в Дьепп еще до вашего приезда туда. Потом я буду иметь великую честь сопровождать вас в Англию.
– Считаю, это прекрасно придумано, – ответила Луиза, которой страстно хотелось отправиться в дорогу; она боялась, что король Англии может передумать и, осознав, что молодая женщина, прибывшая от двора Людовика, может оказаться его шпионкой, решит, что разумнее довольствоваться дамами своего собственного двора.
– В таком случае быть по сему, – воскликнул Бекингем. – Я поставлю в известность о своих планах Его Величество.
Все устроилось. Луиза отправилась в Дьепп; Бекингем задержался в Париже: он хотел купить наряды не только для себя, но и для Анны.
Что касается моды, Париж всегда был на шаг впереди Лондона. Анна будет довольна тем, что он привезет ей.
Когда Луиза прибыла в Дьепп – а путешествие туда из Сен-Жермена заняло целые две недели, – обнаружилось, что Бекингема там еще не было.
Никто ничего не слышал о яхте, которую Бекингем обещал приготовить для нее. После путешествия от Сен-Жерменского двора она чувствовала себя усталой и сперва была рада отдохнуть, но не слишком долго. Она вполне осознавала важность задачи, вставшей перед ней, и узнала все, что могла, о короле Англии. Она была уверена, что по прибытии в Англию будет хорошо принята. Ужасала лишь мысль о том, что раньше, чем ей представится возможность встретиться с королем, он может предложить ей не покидать континент.
Она знала, что леди Каслмейн сделает все, что в ее силах, чтобы помешать приезду соперницы, а леди Каслмейн все еще обладала некоторой долей власти. Поэтому вместе с уходящими днями нарастала тревога Луизы.
Прошло два дня, три, целая неделя – герцог все не появлялся.
С наступлением следующей недели ее начало охватывать отчаяние. Она отправила посланца к Ральфу Монтегю, послу в Париже, и просила дать ей знать, что делать.
Она ждала вестей с крайним нетерпением. Всякий раз, когда к ней в гостиницу являлся какой-нибудь посыльный, она вскакивала с испариной на лбу от страха. В течение тех двух беспокойных недель в Дьеппе ей мерещилась угроза полного краха; она воображала, как ее, жалкую неудачницу, отсылают обратно в дом родителей в Финистере, понимая, что, если она не приедет в Англию, при французском королевском дворе для нее места не найдется.
Она всматривалась в бушующее, неспокойное море, ожидая, не появится ли вдали яхта, которая прибудет, чтобы увезти ее. Может быть, непогода помешала Бекингему приехать за ней?.. Она цеплялась за любое объяснение.
Как-то в один из таких дней вошла одна из ее служанок и сказала, что прибывший из Кале путешественник, услышав, что она ждет приезда герцога Бекингемского, пожелал сообщить ей кое-какие новости, если ей угодно будет его выслушать. Человека этого пригласили к ней.
– Мадемуазель де Керуаль, – начал он, – я слышал, что вы ждете приезда английского герцога. Он отплыл из Кале больше недели тому назад.
– Отплыл из Кале! Куда?
– В Англию.
– Но это невозможно.
– Тем не менее это так, мадемуазель.
– А он ничего не говорил о Дьеппе?
– Он сказал, что отплывает в Англию. Он загрузил яхту полученными подарками и купленным им товаром. Он сказал, что надеется быстро добраться до Англии, так как ветер был попутный.
Луиза отпустила путника. Она не могла больше ничего слышать. Она закрылась у себя в спальне, легла в постель и задернула полог.
Она поняла, что брошена. Теперь она была уверена, что английский король передумал, что он просил прислать ее к его двору не подумав, а осознав, что она может быть шпионкой, приказал Бекингему вернуться в Англию без нее.
С ее дивной мечтой, которая должна была избавить ее от жалкого будущего, было кончено. Да и как могло быть иначе? Это было бы немыслимо изумительно, слишком легко и похоже на исполнившиеся мечтания: отправиться ко двору в надежде, что Людовик Четырнадцатый изберет ее себе в любовницы, и оказаться в той же роли при дворе короля Англии!
Как долго пробудет она здесь – в этом заброшенном, небольшом портовом городке? Лишь до тех пор, пока родители не пришлют за ней или сами не приедут забрать ее домой…
Затем сказали, что кто-то хочет ее видеть.
Она позволила своей служанке причесать себя, убрав волосы с разгоряченного лица. Она не поинтересовалась, кто ее спрашивает. Ее это не интересовало. Она догадывалась, что это был ее отец или кто-то посланный им, чтобы отвезти ее домой, так как, конечно, им уже стало известно, что герцог Бекингемский уехал без нее.
Ее ждал Ральф Монтегю, посол Карла, которого она часто видела в Париже.
Он подошел к ней, взял ее руку и очень церемонно поцеловал.
– Я очень торопился, получив ваше послание, – сказал он.
– Вы очень добры, милорд.
– Нет, – ответил он, – это мой долг. Мой государь никогда не простил бы мне, если бы я не приехал сам, чтобы предложить вам помощь.
– Милорд Бекингем не приехал, – сказала она. – Я ждала здесь две недели. Мне стало известно, что он отплыл из Кале некоторое время тому назад.
– Бекингем! – Рот Ральфа Монтегю скривился, выражая презрение. – Нижайше приношу извинения за соотечественника, мадемуазель. Надеюсь, что по нему одному вы не будете судить о всех нас. Герцог нерадив и ненадежен. Мой государь будет в ярости, когда вернется без вас.
Луиза не сказала, что его государь к этому времени уже должен был бы знать о его возвращении, но ничего не предпринял для ее отъезда.
– Я раздумывала, не действовал ли он в соответствии с указаниями короля.
– Король с нетерпением ждет вашего приезда, мадемуазель.
– Мне дали понять, что это так, – сказала Луиза. – Но теперь я в этом сомневаюсь.
– Это на самом деле так. Мадемуазель, я уже предпринял меры, и яхта прибудет сюда через несколько часов. Все эти хлопоты доставят мне только удовольствие. Мой друг, Генри Беннет, граф Арлингтон, будет ждать, чтобы встретить вас по прибытии в Англию. Он и его семья позаботятся о вас, пока вас не представят Его Величеству. Надеюсь, вы доставите мне удовольствие и позволите обеспечить вам безопасное сопровождение?
Облегчение было так велико, что Луиза, несмотря на свое привычное спокойствие, едва удерживалась от истерических рыданий. Она заставила себя сказать:
– Вы очень добры. Монтегю продолжил:
– Я останусь в Дьеппе и провожу вас на судно, если позволите.
– Я не забуду вашу доброту, – ответила она и подумала: «Равно как и нелюбезное поведение Бекингема». – Милорд, вам предложили подкрепиться?
– Я пришел прямо к вам, – сказал Монтегю. – Я полагал своей обязанностью довести до вашего сведения, что не все англичане столь негалантны.
– В таком случае не откушаете ли вместе со мной, милорд?
– С превеликим удовольствием, – ответил Монтегю.
Монтегю, сидя за столом с Луизой, поздравлял себя с тем, что ему довелось вправить мозги Бекингему. Что это герцогу пришло в голову отплыть, из Франции, «позабыв» предполагаемую любовницу короля в Дьеппе?
Несомненно, Бекингем сознавал, что, если Луиза когда-нибудь обретет власть, она ни за что не простит оскорбления.
Поразмыслив, он решил, что все понял. Его друг Арлингтон и Клиффорд склонялись к католицизму. Бекингем был убежденным протестантом. Бекингем, предвидя влияние француженки-католички на Карла, возможно, решил приложить все усилия, чтобы помешать ее приезду в Англию; поэтому он оставил ее в Дьеппе в надежде, что беззаботный Карл забудет о ней, что, кажется, и случилось. Но Арлингтон, который протежировал Монтегю, будет надеяться выиграть от влияния на короля любовницы-католички.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55