История - главная    Философия    Психология    Авторам и читателям    Контакты   

История

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 

Скорее, у всех нас не хватает времени на отработку этого элемента хоккея.
Превосходство сходит на нет
Любители хоккея со стажем помнят многие матчи, выигранные нашей командой именно за счет преимущества в атлетизме. Не однажды случались ситуации, когда мы проигрывали, уступая соперникам в тактической подготовке, однако конечный итог матча был все-таки в нашу пользу. Объяснялось это тем, что советские хоккеисты просто-напросто «укатывали» соперника, превосходили его в объеме движения: в конце матча у грозных соперников не оставалось сил. А если к этому добавить наше замечательное умение бороться до конца, стойкость, то станет понятен оптимизм болельщиков: они верили, что, как бы ни складывалась игра, сборная СССР, в конце концов, переиграет любого соперника. Так и случалось. И происходило это потому, что советские тренеры, стоявшие у истоков отечественного хоккея, закладывавшие основы будущих побед, сумели разработать цельную и превосходно продуманную систему физической подготовки спортсменов.
Размышляя о современном хоккее, Анатолий Владимирович Тарасов писал недавно в «Советском спорте»: «Было время, когда мы опережали главных соперников лишь в отдельных компонентах и все же добивались успеха. Так, нашим исконным преимуществом был высокоразвитый атлетизм, что позволяло добиваться превосходства в сумме скоростного маневра и в игровой выносливости. На этом основывались и командные тактические построения».
Нет нужды рисовать наши достижения в розовых тонах, но тем не менее можно утверждать, что в этом слагаемом хоккея мы значительно опережали всех. Возможно, в нашей системе атлетической подготовки и были какие-то слабые места, но у соперников в те давние уже времена подобной системы вообще не было, и равняться с нами не мог никто.
Победы сборной СССР стали отличным примером для наших соперников. Нас, как известно, внимательно изучают, наш опыт перенимают. Прошли годы, и чехословацкие, и шведские тренеры начали уделять столь же серьезное внимание этому важнейшему компоненту хоккея. Наконец, настало то время, когда соперники наверстали упущенное. А вот когда наверстали, то решающим аргументом в споро фаворитов мировых чемпионатов стала их тактическая подготовка, смышленость хоккеистов, умение игроков разобраться в том, что происходит на льду. Умение, с одной стороны, увидеть слабости в бастионах, которые возводит соперник на подступах к собственным воротам, а с другой – квалифицированно разобраться в том, как строит он атаку.
Преимущество в атлетизме наших мастеров сошло на нет. Уже на Кубке Канады в 1981 году мы встретились с новой, неожиданно непривычной для нас командой Чехословакии. Все, что традиционно составляло ее силу и мощь, сохранилось. Но появилось и нечто новое, что в первом матче и застало наших ребят врасплох. Новое поколение, пришедшее в команду ЧССР, ни в чем не уступало нам, если говорить об атлетической готовности команды. Пришли парни, которые начинали свой путь в большом хоккее семь-восемь лет назад. Они с 13 лет тренировались по хорошо продуманной системе физической подготовки, новые тренеры сборной Чехословакии стали смело вводить в свою систему подготовки и силовую борьбу, и этот, еще в юности заложенный фундамент стал тем основанием, на котором и возведено новое здание нынешней чехословацкой команды.
Наше былое преимущество в атлетизме исчезло не потому, что мы работали плохо, меньше, хотя, наверное, и в этом нас можно упрекнуть, а потому, что отлично работал соперник.
Но ведь так же удивили спортивный мир на последних чемпионатах мира и молодые финские хоккеисты, причем, как выяснилось, это еще далеко не все, чем располагают наши соперники из Финляндии.
В дни чемпионата мира 1983 года я встретился со старшим тренером сборной хозяев поля Алпо Сухоненом в нашем посольстве. Мой коллега рассказал, что он будет решительно менять состав национальной сборной. «По вашему примеру», – подчеркнул он. Сухонен работал с молодежной командой своей страны, она победила на чемпионате мира среди юниоров, с этими ребятами тренер и пришел в главную сборную, но на чемпионат мира 1983 года он везти их не рискнул, сделал ставку на профессионалов, играющих за океаном, и ошибся. Потом свою ошибку признал.
Когда тренеров финской команды спросили, откуда вдруг такой высокий уровень атлетической подготовки, как объяснить эти скорости, умение команды вести борьбу до конца, выдерживать высокий темп до последней минуты, наставники сборной Финляндии ответили, что в национальную команду приглашены молодые ребята, тренеры которых 11 (!) лет назад стали уделять пристальное внимание разносторонней, в том числе и атлетической, подготовке юных спортсменов, что позволило им сегодня и каждый отдельный матч, и сезон в целом проводить на новом уровне.
В Финляндии перестроена вся система работы в детском хоккее. И это объясняет происшедшие перемены. Действительно, атлетическая мощь хоккеистов рождается не в десятке тренировок, она закладывается годами.
Но все это – в большей или меньшей мере – я замечал и ранее. Думал обо всем этом, разумеется, и прежде. Однако до сих пор я судил о мировом хоккее с точки зрения тренера клубной команды. С точки зрения тренера, работающего с рижским «Динамо». С клубом, который по принятым у нас меркам относился к разряду середняков. Правда, эта команда порой на равных играла с ЦСКА, делила с ним поровну в течение сезона очки. Подчас она доставляла немало огорчений и другим признанным лидерам нашего хоккея – столичным динамовцам и спартаковцам. Однако всерьез рижане на призовые места все-таки не замахивались, хотя, убежден, через пару сезонов мы могли бы составить настоящую конкуренцию лидерам.
Но сейчас речь идет о другом. О том, что не только команде, с которой я начинал работу, приходилось что-то менять. Менялся и я.
Мне надо было привыкать к иным критериям, к иным возможностям. К иной ответственности.
И если уходила в прошлое былая наша привилегия – отменная физическая подготовка игроков, то надо было думать о компенсации ее чем-то другим. Это была моя первоочередная задача.
Разумеется, атлетизм не единственный аргумент в современном хоккейном споре. Атлетическая подготовка лишь база, фундамент здания игры. Не менее важную роль играют, понятно, техническая и тактическая подготовка хоккеистов, их психологическая и волевая готовность к испытаниям.
Преодоление комплекса неполноценности
Когда я начинал работу со сборной страны, то перед командой и мною стояла и эта задача – психологическая перестройка коллектива.
Во избежание недоразумений, уточню сразу – команда наша была всегда настроена на победу. Однако в последние годы образовалась в броне щель: в середине 70-х годов нашей сборной было утрачено психологическое превосходство над командой Чехословакии. Более того, у некоторых хоккеистов, выступающих в сборной, возникло даже ощущение, что чехословацкую команду нам теперь в ближайшее время не обыграть. Эту слабость надобно было срочно преодолевать.
Впервые со всей остротой этот вопрос перед командой я поставил осенью 1977 года в Праге, перед матчами, в которых разыгрывался приз газеты «Руде право». Я считал, что мы должны обыграть соперника во что бы то ни стало, обыграть сейчас, потому что в конце этого сезона, весной, очередной чемпионат мира будет проходить именно здесь, во Дворце спорта в Парке культуры и отдыха имени Юлиуса Фучика.
Важно было поколебать уверенность соперника в его преимуществе, повлиять на тот игровой настрой, с которым он начинает в последние два-три года матчи с нашей командой.
Взаимоотношения команд, их традиционно складывающееся соотношение сил сказываются на каждом матче. Именно психологическим преимуществом армейцев, а не только более высокой тактической эрудицией или более отменной физической подготовкой команды объясняю я многие победы ЦСКА над «Спартаком» и московским «Динамо» – главными соперниками армейцев в чемпионатах страны.
Мы выиграли тогда в Праге. Приз, учрежденный газетой «Руде право», достался сборной СССР.
Кстати, в самом конце августа 1983 года, когда мы собирались ехать в Чехословакию, Сергей Макаров напомнил ребятам, что ни разу пока наши соперники не завоевывали приз своей газеты.
Хотя в сентябре 1977 года победа досталась нам, задача не была решена окончательно и бесповоротно. Анализируя па страницах печати итоги тех баталий в Праге, в интервью журналистам, наконец, в беседах с игроками я говорил, что нам предстоит еще работать и работать, что команда Чехословакии, чрезвычайно сильная и по-прежнему уверенная в себе, постарается взять реванш.
Слабости, недостатки в действиях команды, в ее волевом настрое, копившиеся три сезона, нельзя устранить за три месяца. Они остались, победа па турнире в Чехословакии была только первым шагом па пути к реконструкции сборной команды.
Да, работать после выигрыша трунира «Руде право» легче не стало. Скорее, наоборот. Как это, увы, часто случается, многие игроки сборной, да, кстати, и не только хоккеисты, решили, что с приходом нового тренера, под руководством которого команда сумела обойти чемпионов мира на их поле, цели достигнуты. Дело сделано – новая команда создана.
Но мы-то, тренеры, видели, что работы еще непочатый край – и попробуй определить, что важнее: то ли дисциплина команды, то ли ее тактическая подготовка, то ли проблемы психологии, волевого настроя коллектива.
Но поражение в Москве, на турнире «Известий», проходившем в декабре 1977 года, спустя всего три месяца после радостной победы в Праге, стало холодным, освежающим душем, той встряской, которая так нужна была нашей команде, охотно принявшей первые успехи за окончательное доказательство силы.
В первые часы после нашего сокрушительного поражения – 3:8, самого крупного в истории советского хоккея, и спортсмены, и тренеры были огорчены донельзя. Потом, успокоившись, поняли, что ничего трагического не произошло. Рано или поздно такое должно было случиться: команда должна была дойти до той последней черты, отступать за которую просто нельзя. Краски были сгущены до предела, все акценты расставлены. Иногда преувеличения тоже полезны. Особенно если исходят они не от тренеров.
Отчего проиграли? Кто и в чем ошибался: игроки или тренеры, неправильно сформировавшие сборную и предложившие ей не ту тактику?
Тренеров обвиняли в неверном подборе игроков, в ошибочной тактике, в неумении сформировать характер команды. Наконец, даже в том, что нас – двое, в то время как сборной Чехословакии руководят три тренера. Правда, потом выяснилось, что и там два наставника: за третьего приняли массажиста, который издалека и вправду похож на известного чехословацкого тренера Владимира Костку.
Вернемся, однако, на лед. Что там происходило? Кто был сильнейшим и кто, напротив, самым слабым? Подвели команду, как ни странно, опытные игроки. Те, кто выступал в ее составе не первый год. Слабость ветеранов проявилась прежде всего в волевой подготовке: они бросили играть задолго до конца матча. Сказалась та психологическая ущемленность, которая родилась после серии неудач в матчах против чехословацкой команды и которую, как теперь выяснилось, мы своей победой в розыгрыше приза «Руде право» преодолели не до конца.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37