История - главная    Философия    Психология    Авторам и читателям    Контакты   

История

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 


Такие незаметные для общественного внимания, но верные мероприятия всего успешнее поведут общественное внимание и доверие в сторону нашего правительства.
Благодаря им, мы будем возбуждать и успокаивать умы в политических вопросах, убеждать или сбивать с толку, печатая то правду, то ложь, данные или их опровержения, смотря по тому, хорошо или дурно они приняты, всегда осторожно ощупывая почву, прежде чем на неё ступить…
Мы будем побеждать наших противников наверняка, так как у них не будет в распоряжении органов печати, в которых они могли бы высказаться до конца, вследствие вышесказанных мероприятий против прессы.
Нам не нужно будет даже опровергать их до основания…
Пробные камни, брошенные нами в третьем разряде нашей прессы, в случае надобности, мы будем энергично опровергать в официозах…
Уже и ныне в формах, хотя бы, французской журналистики существует масонская солидарность в пароле: все органы печати связаны между собою профессиональной тайной; подобно древним авгурам, ни один член её не выдаст тайны своих сведений, если не постановлено их оповестить.
Ни один журналист не решится предать этой тайны, ибо ни один из них не допускается в литературу без того, чтобы всё прошлое его не имело бы какой-нибудь постыдной раны …
Эти раны были бы тотчас же раскрыты. Пока эти раны составляют тайну немногих, ореол журналиста привлекает мнение большинства страны — за ним шествуют с восторгом.
Наши расчёты особенно простираются на провинцию. В ней нам необходимо возбудить те упования и стремления, с которыми мы всегда могли бы обрушиться на столицу, выдавая их столицам за самостоятельные упования и стремления провинций.
Ясно, что источник их будет всё тот же — наш. Нам нужно, чтобы иногда, пока мы ещё не в полной власти, столицы оказывались окутанными провинциальным мнением народа, т.е., большинства, подстроенного нашими агентами.
Нам нужно, чтобы столицам, в психологический момент, не пришлось бы обсуждать совершившегося факта уже по одному тому, что он принят мнением провинциального большинства.
Когда мы будем в периоде нового режима, переходного к нашему воцарению, нам нельзя будет допускать разоблачения прессой общественной бесчестности; надо, чтобы думали, что новый режим так всех удовлетворил, что даже преступность иссякла…
Случаи проявления преступности должны оставаться в ведении их жертв и случайных свидетелей — не более.


Протокол № 13
Нужда в насущном хлебе. Вопросы политики. Вопросы промышленности. Увеселения. Народные дома. «Истина одна». Великие проблемы.


Нужда в насущном хлебе, заставляет гоев молчать и быть нашими покорными слугами.
Взятые в нашу прессу из их числа агенты будут обсуждать, по нашему приказу, то, что нам неудобно издавать непосредственно в официальных документах, а мы, тем временем, под шумок поднявшегося обсуждения, возьмём да и проведём желательные нам меры и поднесём их публике, как совершившийся факт.
Никто не посмеет требовать отмены раз решённого, тем более, что оно будет представлено, как улучшение…
А тут пресса отвлечёт мысли на новые вопросы (мы ведь, приучили людей искать всё новое).
На обсуждение этих новых вопросов набросятся те из безмозглых вершителей судеб, которые, до сих пор, не могут понять, что они ничего не смыслят в том, что берутся обсуждать.
Вопросы политики — никому недоступны, кроме руководящих ею уже много веков создателей её.
Из всего этого, вы увидите, что, добиваясь мнения толпы, мы только облегчаем ход нашего механизма, и вы можете заметить, что не действиям, а словам, выпущенным нами по тому или другому вопросу, мы, как бы, ищем одобрения.
Мы постоянно провозглашаем, что руководимся, во всех наших мероприятиях, надеждой, соединённой с уверенностью послужить общему благу.
Чтобы отвлечь слишком беспокойных людей от обсуждения вопросов политики, мы теперь проводим новые, якобы, вопросы её — вопросы промышленности.
На этом поприще пусть себе беснуются!
Массы соглашаются бездействовать, отдыхать от, якобы, политической деятельности (к которой мы же их приучили, чтобы бороться, при их посредстве, с гоевскими правительствами), лишь под условием новых занятий, в которых мы им указываем, как бы, то же политическое направление.
Чтобы они сами до чего-нибудь не додумались, мы их ещё отвлекаем увеселениями, играми, забавами, страстями, народными домами…
Скоро мы станем через прессу предлагать конкурсные состязания в искусстве, спорте всех видов (разве это уже не свершается?) : эти интересы отвлекут окончательно умы от вопросов, на которых нам пришлось бы с ними бороться.
Отвыкая, всё более и более, от самостоятельного мышления, люди заговорят в унисон с нами, потому что мы одни станем предлагать новые направления мысли… конечно, через таких лиц, с которыми нас не почтут солидарными.
Роль либеральных утопистов будет окончательно сыграна, когда наше правление будет признано. До тех пор, они нам сослужат хорошую службу.
Поэтому, мы ещё будем направлять умы на всякие измышления фантастических теорий, новых и, якобы, прогрессивных: ведь мы, с полным успехом, вскружили прогрессом безмозглые гоевские головы, и нет среди гоев ума, который бы увидел, что, под этим словом, кроется отвлечение от истины во всех случаях, где дело не касается материальных изобретений, ибо, истина одна, в ней нет места прогрессу.
Прогресс, как ложная идея, служит к затемнению истины, чтобы никто её не знал, кроме нас, Божьих избранников, хранителей её.
Когда мы воцаримся, то наши ораторы будут толковать о великих проблемах, которые переволновали человечество для того, чтобы, в конце концов, привести к нашему благому правлению.
Кто заподозрит тогда, что все эти проблемы были подстроены нами по политическому плану, которого никто не раскусил в течение многих веков?!


Протокол № 14
Религия будущего. Будущее крепостное право. Недоступность познания тайн религии будущего. Порнография и будущее печатного слова.

Когда мы воцаримся, нам нежелательно будет существование другой религии, кроме нашей о едином боге , с которым наша судьба связана нашим избранничеством и которым та же наша судьба объединена с судьбами мира.
Поэтому, мы должны разрушить всякие верования.
Если от этого родятся современные атеисты, то, как переходная ступень, это не помешает нашим видам, а послужит примером для тех поколений, которые будут слушать проповеди наши о религии Моисея , приведшей своей стойкой и обдуманной системой к покорению нам всех народов.
В этом мы подчеркнём и мистическую её правду, на которой, скажем мы, основывается вся её воспитательная сила…
Тогда, при каждом случае, мы будем сравнивать наше благое правление с прошлым. Благодеяния покоя, хотя и вынужденного веками волнений, послужат к новому рельефу оказанного блага.

Ошибки гоевских администраций будут описываться нами в самих ярких красках.
Мы посеем такое к ним отвращение, что народы предпочтут покой в крепостном состоянии, правам пресловутой свободы, столь их измучившим, истощившим самые источники человеческого существования, которые эксплуатировались толпою проходимцев, не ведавших, что творят…
Бесполезные перемены правлений, к которым мы подбивали гоев, когда подкапывали их государственные здания, до того надоедят, к тому времени, народам, что они предпочтут терпеть от нас всё, лишь бы не рисковать переиспытывать пережитые волнения и невзгоды.
Мы же, особенно будем подчёркивать исторические ошибки гоевских правлений, столько веков промучивших человечество отсутствием сообразительности во всём, что касается истинного его блага, в погоне за фантастическими проектами социальных благ, не замечая, что эти проекты всё более ухудшали, а не улучшали положение всеобщих отношений, на которых основывается человеческая жизнь…
Вся сила наших принципов и мероприятий будет заключена в том, что они нами выставятся и истолкуются, как яркий контраст разложившимся старым порядкам общественного строя.
Наши философы будут обсуждать все недостатки гоевских верований, но никто никогда не станет обсуждать нашу веру, с её истинной точки зрения, так как её никто основательно не узнает, кроме наших, которые никогда не посмеют выдать её тайны …
В странах, называемых передовыми, мы создали безумную, грязную, отвратительную литературу (участие евреев в создании и распространении этого рода литературы известно) .
Ещё некоторое время, после вступления нашего во власть, мы станем поощрять её существование, чтобы она рельефнее обрисовала контраст речей, программ, которые раздадутся с высот наших…
Наши умные люди, воспитанные для руководства гоями, будут составлять речи, проекты, записки, статьи, которыми мы будем влиять на умы, направляя их к намеченным нами понятиям и знаниям.


Протокол № 15
Однодневный мировой переворот. Казни. Будущая участь гоев-масонов. Мистичность власти. Размножение масонских лож. Центральное управление мудрецов. «Азефовщина». Масонство, как руководитель всех тайных обществ. Значение публичного успеха.
Коллективизм. Жертвы. Казни масонов. Падение престижа законов и власти. Предызбранничество. Краткость и ясность законов будущего царства. Послушание начальству. Меры против злоупотребления властью. Жестокость наказания. Предельный возраст для судей.
Либерализм судей и власти. Мировые деньги. Абсолютизм масонства. Право кассации. Патриархальный «вид» власти будущего «правителя». Обоготворение правителя. Право сильного, как единственное право. Царь Израильский — патриарх мира.


Когда, наконец, окончательно воцаримся, при помощи государственных переворотов, всюду подготовленных к одному и тому же дню, после окончательного признания негодности всех существующих правительств (а до этого, пройдёт ещё немало времени, может, и целый век), мы постараемся, чтобы против нас уже не было заговоров.
Для этого, мы немилосердно казним всех, кто встретит наше воцарение с оружием в руках.
Всякое новое учреждение какого-либо тайного общества будет тоже наказано смертной казнью, и те из них, которые ныне существуют, нам известны и нам служат и служили, мы раскассируем и вышлем в далёкие от Европы континенты.
Так мы поступим с теми гоями из масонов, которые слишком много знают: те же, которых мы почему-либо помилуем, будут оставаться в постоянном страхе перед высылкой.
Нами будет издан закон, по которому все бывшие участники тайных обществ подлежат изгнанию из Европы, как центра нашего управления.
В гоевских обществах, в которых мы посеяли такие глубокие корни разлада и протестантизма, возможно водворить порядок только беспощадными мерами, доказывающими неукоснительную власть: нечего смотреть на падающие жертвы, приносимые для будущего блага.
В достижении блага, хотя бы, путём жертвоприношения, заключена обязанность всякого правления, которое сознаёт, что не в привилегиях только, но и в обязанностях состоит его существование.
Главное дело, для незыблемости правления, укрепление ореола могущества, а ореол этот достигается только величественной непоколебимостью власти, которая носила бы на себе признаки неприкосновенности от мистических причин — от Божьего избрания.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54