История - главная    Философия    Психология    Авторам и читателям    Контакты   

История

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 


– Куда ты поедешь, туда и мы! – прокричали ребятишки.
– А может, я в Москву поеду?
– И мы – в Москву!
– Ну, в таком случае сидите хорошенько.
Машина фыркнула, зашумела и пошла. Ребятишки ухватились кто за борт, кто за кабину, а кто прямо на дно кузова сел. Таня и Алёнка прижались к самой кабине и держались друг за друга.
Машина мчалась по укатанной белой дороге, лёгкая, сухая пыль вырывалась из-под задних колёс. Ветер дул навстречу и ерошил волосы. А столбы с проводами так и отсчитывались один за другим вдоль дороги.
– Тань, гляди-ка: Снежок бежит! – вдруг сказала Алёнка.
Снежок и в самом деле бежал за машиной, то и дело чихая от пыли. Но как он ни старался, а машину догнать не мог. Он отставал всё больше и больше и наконец где-то под горкой совсем отстал.
– Ну куда бежит? – сказала Таня. – Наверно, все лапы себе отбил!
Машина слегка затормозила и свернула к огородам. Тут, на огороде, недалеко от дороги, лежали насыпанные горкой огурцы. И тут же, одна на другой, громоздились большие корзины, полные помидоров. Машина подошла к этим корзинам и остановилась.
– Приехали! – крикнул шофёр.
– Вот так Москва! – засмеялась Алёнка. – Грядки да речка, а больше нет ничего.
А Таня молча слезла с машины. Она всё поглядывала на дорогу – не бежит ли Снежок? Этот пёс такой глупый, что и заблудиться может!
В это время две девушки – Клаша Галкина и Маша Фонарёва – принесли ещё одну корзину с помидорами.
– Вот я вам какую ораву привёз! – сказал шофёр. – Они у вас тут сейчас всё поедят!
Но Клаша и Маша только рассмеялись в ответ:
– Пускай едят, на всех хватит – и ещё останется. Возить – не перевозить!
– Куда пойдём, – спросила Алёнка у Тани, – на помидоры или на горох? Или маку поищем?
– Что ты, мак уже собрали давно! – сказала Таня.
– Тогда, может, за подсолнухами сбегаем?
– А я – за помидорами, – решил Дёмушка.
Они пошли вдоль грядок. Помидоры висели на низеньких ветках и почти лежали на земле. Таня шла и выбирала себе помидор:
– Этот не хочу: у него бочок зелёный. Этот не хочу: он ещё маленький. А вот этот возьму: он большой и красный!
– Ешьте, ешьте, ребятишки! – сказала огородница Сима. – Помидоры скоро кончатся, последние снимаем.
– А ребята побежали морковь дёргать! – крикнул Дёмушка. – Я тоже побегу!
– Помидор-то съешь сначала! – сказала Алёнка. – Как уж он всюду торопится, боится опоздать!
Таня и Алёнка съели по хорошему помидору и тоже пошли за морковкой.
Морковь лежала красными кучками среди чёрных разрытых грядок. А рядом стояли ещё не тронутые грядки, пышные и пушистые от морковной зелени. Это поздний сорт, эту морковь дёргать ещё рано. Но Таня всё-таки выдернула одну – вот как захрустела свежая морковка на зубах, будто кусок сахару!
Сходили и за горохом. Но горох не понравился: он стал уже сухой и жёсткий. Потом пробрались через густые свекольные грядки и черед грядки с брюквой – прямо к маковой делянке. Мак уже давно созрел, и давно его собрали. Лишь две или три сухие коричневые головки погромыхивали на ветру. Девочки сломили их и вытрясли из них мак прямо в рот.
Потом их приманили грядки с репой. Как пропустить, как не попробовать! Репка чистая, жёлтая, как мёд. А как откусишь – сладкий сок из неё так и брызнет!
Таня держала репку за зелёный вихор и стряхивала с неё землю. Вдруг она услышала какой-то шум в густой свекольной ботве и оглянулась.
– Алёнка, гляди, – крикнула она, – Снежок прибежал!
Снежок смотрел на них, высунув язык, и мотал хвостом от радости. А Таня и сама очень обрадовалась.
– Прибежал, не заблудился! И как же ты нас в таком большом огороде нашёл?
– Он, наверно, голодный, – сказала Алёнка.
– Да, как же, голодный! – сказал Дёмушка, который тоже пришёл за репкой. – Помидор ему давал – не ест, огурец давал – не ест, брюквину давал – не ест. Вот так голодный!
А Таня засмеялась и сказала:
– Вот ведь какой ты у нас, Снежок, избалованный!
Лесные подарки
Помой с огородов девочки пошли не по дороге, а прямо через лесок. Снежок тоже побежал за ними. А Дёмушка остался с ребятишками – ему ещё не хотелось уходить с огородов.
В лесу было тихо и нарядно. Ёлки густо зеленели. В берёзках светились светло-золотые искорки. А осинки стояли румяные, алые и тихонько дрожали своими круглыми листьями.
Тане вспомнилось, как дедушка сказал: «Вот уж осень деревья красит».
Она шла потихоньку и оглядывалась по сторонам – вот бы подсмотреть, как это осень ходит по лесу да красит деревья!
– Ух ты, опят сколько! – крикнула Алёнка. – Танюшка, беги сюда!
Таня подбежала к Алёнке. А там стоял высокий пенёк, весь усаженный жёлтыми грибами опёнками. Они росли кучками – и побольше, и поменьше, и совсем маленькие, как горошины.
– Целую корзину набрать можно! – сказала Таня.
– А у нас никакой корзинки нету, – сказала Алёнка. – Эх, жалко!
– Корзинки нету, зато фартук есть! – ответила Таня.
Она сняла свой голубой фартук и расстелила его на земле.
Девочки собрали грибы в фартук, завязали его узелком и пошли дальше.
На полянке им встретился широкий ореховый куст. Среди его шершавых листьев висели орешки в зелёных обёрточках – по одному, по двойке, по тройке.
Таня и Алёнка положили узелок с грибами на траву, а сами стали рвать орехи.
– А орехи куда будем класть? – спросила Алёнка.
– Орехи – тоже в фартук, – ответила Таня.
Много орехов нарвали, а ещё больше осталось на кусте. Но куст очень высокий, верхних веток никак не достанешь.
Девочки пошли домой. На опушке они увидели рябину. А на рябине, словно пригоршни красных бус, висели тугие красные ягоды.
– Алёнка, нарвём?
– Нарвём, конечно.
– А класть куда?
– Да тоже в фартук положим. Дома разберёмся.
И рябины нарвали. Да ещё по пути Таня не утерпела – наломала красных осиновых веток. Уж очень они были красивы!
Так и шли с лесными подарками: с грибами, с орехами, с рябиной. А когда вышли на поле, то над ними в хрустальном воздухе тихо плыли и светились радужные осенние паутинки.
Таня и Алёнка пришли домой, сели на крылечко и стали делать из рябины ожерелья. Они взяли у бабушки клубок суровых ниток и толстую иголку, нанизали на нитки ягоды и надели себе на шею.
– Я пойду бабушке покажусь, – сказала Таня.
Ей хотелось, чтобы бабушка посмотрела, какая она нарядная.
Но в это время пришёл Дёмушка.
– Дайте рябинки! – попросил он.
– Опоздал, – ответила Алёнка, – мы всю рябину на бусы нанизали.
– Ну, тогда я бусинку оторву! – сказал Дёмушка.
И оторвал от Алёнкиного ожерелья несколько рябиновых бусинок.
– Ты что делаешь! – закричала на него Алёнка.
А Таня вскочила:
– Уходи отсюда!
Дёмушка попятился со ступеньки, да оступился и чуть не упал. А чтобы не упасть, схватился за Таню и нечаянно оборвал её красное ожерелье.
– Всё испортил! – чуть не заплакала Таня. – Все бусины раздавил!
Тут на крыльцо вышла бабушка.
– Вы что кричите? – сказала она. – Что не поделили?
– Бабушка, посмотри, он мне бусы оборвал! – пожаловалась Таня.
– Вон и мне сколько бусин смял! – поддержала Таню Алёнка.
– Эх, девчатки, – сказала бабушка, – что ж вы из-за пустого дела столько шуму поднимаете! Дёмушка ещё маленький, что с него взять? А вы уже большие, вы скоро в школу пойдёте. Неужели всё по Дёмушке будете равняться?
Таня и Алёнка взглянули друг на друга. Да, правда, через несколько деньков – в школу! И обе они как-то притихли, призадумались и забыли про свои красные ожерелья.
Подружки идут в школу
Эти несколько деньков пролетели очень быстро, пролетели, как жёлтые листочки с берёзы, унесённые ветром. Наступило первое сентября.
В этот день Таня проснулась очень рано. Ясное сентябрьское солнце косо заглядывало в окно, и у бабушки в кухне ещё топилась печка.
Таня вскочила с постели и, шлёпая босыми ногами, побежала на кухню.
– Ты что вскочила такую рань? – сказала бабушка. – У меня ещё и завтрак не готов!
– Так и надо, чтобы рань! – ответила Таня. – Ты, бабушка, наверно, всё забыла!
– А что ж такое я забыла?
– Бабушка, да ведь я сегодня в школу иду!
– Ну и что ж ты кричишь? – удивилась бабушка. – В школе тоже уроки не до свету начинаются.
Тут она вытащила из печки большую, шипящую на сковороде лепёшку и сказала:
– Вот я тебе и лепёшку испекла, с собой возьмёшь в школу. Видишь – ничего я не забыла!
Таня побежала на крыльцо умываться. Щёки и уши сразу загорелись от холодной воды. Таня крепко вытерлась суровым полотенцем, но посмотрела на свои руки и опять побежала на крыльцо. Руки у неё были обветренные, коричневые от загара. Таня тёрла их и намыливала, тёрла и намыливала…
– Да уж будет тебе! – сказала бабушка.
– Да как же, бабушка, будет? – чуть не плача, ответила Таня. – А дежурная посмотрит, что руки чёрные, и скажет: «Уходи из класса». Вон Нюра Туманова говорит, что там дежурные всегда руки смотрят!
К завтраку пришла мать с молотьбы.
– Я сейчас сама дочку в школу соберу, – сказала она. – Ну-ка, иди сюда!
Она дала Тане выглаженное коричневое платье, застегнула на ней чёрный фартук, сунула ей в карман носовой платок и сама расчесала Тане волосы. Расчесала и задумалась:
– А что же нам с твоими волосами делать? Так идти в школу не годится, на голове у тебя словно овин горит – завитушки торчат во все стороны. Или подстричь их надо, или косичку заплести.
– Косичку заплести! – сказала Таня.
Мать достала из комода синюю ленту и заплела Тане косичку. Косичка вышла маленькая и закручивалась кверху. Но Таня радовалась и гордилась и всё трогала её рукой. Таня ещё никогда в жизни не ходила с косичкой!
Мать оглядела Таню, всё ли на ней хорошо, и сказала:
– Учись, дочка, прилежно, слушай, что учительница будет говорить, набирайся ума-разума!
Таня пила чай и дула в блюдце, потому что она торопилась, а чай был горячий и никак не остывал. В это время в окно заглянула Алёнка. Таня поставила блюдце с чаем на стол:
– Идём?
Алёнка кивнула головой.
– Да куда ж ты? – сказала Тане бабушка. – Ты хоть чай-то допей!
Но Таня уже схватила свою сумку, которую ей приготовили в школу, и выскочила на крыльцо. А в сумке была тёплая лепёшка, бутылка с молоком и холщовые кармашки для азбуки.
Подружки вышли на улицу.
– Ух, как провода на солнце блестят! – сказала Таня. – Может, они серебряные?
– Наверно, серебряные, – согласилась Алёнка.
Таня опасливо посмотрела кругом:
– Снежка не видать? Как бы за нами не увязался!
А Снежок словно только и ждал, чтобы про него вспомнили. Он выбежал из калитки и начал прыгать вокруг Тани.
– Ты не смей с нами ходить! – прикрикнула на него Таня. – Иди домой!
Но Снежок глядел на неё и вилял хвостом, словно хотел сказать: «Ну, а почему мне нельзя с тобой идти? Я пойду!»
Тогда Таня подняла хворостинку и замахнулась на Снежка:
– Кому говорят – домой иди! Вот я тебя!
Снежок обиделся, опустил хвост и отстал. Он стоял и глядел, как Таня и Алёнка всё дальше и дальше уходили по дороге.
В конце улицы уже собрались все колхозные ребятишки-школьники. Кто идёт в четвёртый класс, кто в третий, кто во второй, а кто и вовсе только в первый раз учиться идёт.
1 2 3 4 5