История - главная    Философия    Психология    Авторам и читателям    Контакты   

История

 

Кроме того, Германия долгое время не подвергалась внешней опасности, которая могла бы послужить стимулом к национально-политическому сплочению. Крупные феодалы, не встречая серьезного противодействия со стороны короля, сосредоточивали в своих руках высшую судебно-административную и военную власть. Они использовали возраставшие доходы от развития товарно-денежного хозяйства и держали под своим господством города, которые в других странах освобождались от власти сеньоров и становились под покровительство короля. В то же время и сельское население по мере освобождения от личной зависимости и вотчинной юрисдикции оказывалось под верховной властью князей и подвергалось их налоговой эксплуатации.
Священная Римская империя» в начале XII в.
Подобные процессы имели место и в других странах, но в конечном счете они пошли на пользу королевской власти, которая, накопив достаточно сил, нанесла удар по феодальной знати и ликвидировала ее самостоятельность. В Германии же король, нуждаясь постоянно в помощи князей для итальянских походов, шел им на уступки, помогая им укреплять власть над населением к явному ущербу для государственного единства. При ином повороте государственной политики Германия могла бы еще в XII в. пойти по тому пути, на который так прочно вступила Франция к концу этого столетия, – по пути общегосударственной централизации. Однако события развивались в определившемся уже направлении.
После смерти Генриха V в 1125 г. королевский престол оспаривали два претендента – герцог Швабии Фридрих Штауфен, ближайший родственник умершего короля, и саксонский герцог Лотарь Суплинбургский, глава княжеской оппозиции, пытавшийся захватить престол еще при жизни Генриха V. Оба они были крупнейшими князьями Германии, соперничавшими в создании территориальных владений. Фридрих Штауфен имел земли в юго-западной Германии, к которым теперь присоединились и унаследованные от Франконской династии владения на Майне и Среднем Рейне. Интересы домениальной политики столкнули его с влиятельными церковными и светскими князьями: архиепископом майнцским Адальбертом – канцлером империи, руководившим избранием, а также Вельфами и Церрингами. Поэтому вполне естественно, что князья избрали королем Лотаря III (1125-1137). Штауфены остались главными противниками нового короля.
Внутригерманская политика Лотаря III ограничивалась преимущественно интересами Саксонского герцогства. Он поддерживал возобновившуюся агрессию в заэльбские славянские земли, форсировал миссионерскую деятельность немецкого духовенства в Полабье и Поморье. Используя междоусобицы в Дании, Лотарь III предпринял попытки усилить там немецкое влияние. В частности, он намеревался превратить в вассалов империи князей пограничных датских областей, что создавало предлог для вмешательства во внутренние дела страны. Однако установить сюзеренитет над Данией и на этот раз немецкому королю не удалось. Лотарь III воспользовался также венгерско-польским конфликтом, возникшим в связи с замещением престола в Венгрии, для вмешательства в дела обоих этих государств. В 1135 г. он добился возобновления вассальной зависимости польского князя Болеслава III Кривоустого, владевшего имперскими ленами в Поморье и на острове Рюген.
Располагая незначительной властью в Германии, этот король продолжал тем не менее имперскую политику в Италии. Он присвоил официальный титул «римского короля» (rex Romanorum) еще до коронации в Риме. К тому времени уже утвердилось новое представление о римской короне: она якобы является бесспорным достоянием германского короля, законно избранного князьями па свой престол. Титул «римский король» стал синонимом титула «король Германии» и, по существу, заменил его.
В 1132-1133 гг. Лотарь III, воспользовавшись схизмой в Риме, предпринял поход в Италию. На папском престоле после смерти Гонория II оказались два соперника – Иннокентий II и Анаклет II. Первый, избранный меньшинством кардиналов, был связан с аристократическим римским семейством Паперески, второй представлял влиятельнейшее семейство Пьерлеони. Утвердившись в Риме, Анаклет II заключил союз с вассалом курии герцогом Рожером II Сицилийским, которого он возвел в короли и инвестировал областями Капуа, Неаполь и Беневент. Иннокентий II заключил союз с Лотарем III, домогавшимся императорской короны. Ради предстоящей коронации Лотарь III не посчитал для себя унизительным исполнять при папе, к тому же изгнанном из Рима, маршальскую службу – сопровождать за уздечку лошадь папы во время его торжественного выезда. Это символизировало поворот во взаимоотношениях пап с императорами.
В походе участвовало небольшое немецкое войско. Князья неохотно откликались на подобные бесполезные для них предприятия. Однако поход имел некоторый успех. Рожер II был занят подавлением заговора его вассалов и не мог оказать немцам сопротивления, в то время как его противники помогали Лотарю. После захвата немцами Латерана (основная часть Рима находилась в руках папы Анаклета) Лотарь III был коронован папой Иннокентием II в Латеранском соборе императорской короной (1133). При этом папа подтвердил за ним право инвестировать прелатам регалии, объявив, что законное обладание последними предоставляется только императорским пожалованием. Это только повторяло условия Вормского конкордата и ничего нового, по существу, не устанавливало, так как лишить епископов регалий император, естественно, не мог.
Не успело императорское войско покинуть страну, как папа Иннокентий II был изгнан из Латерана. Рожер II Сицилийский, покровитель Анаклета, укрепился в Южной Италии, конфисковав владения своих мятежных вассалов. Это заставило Лотаря III предпринять новый поход в Италию. На этот раз он располагал уже значительными военными силами и имел сравнительно больший успех. Немцы захватили южноитальянские области Капуа, Беневент, Неаполь и даже столицу Рожера – Салерно: Но вскоре разразился конфликт между императором и папой Иннокентием II из-за ленного верховенства над занятыми областями, и в частности над аббатством Монтэкассино. Лотарю удалось добиться на время перевеса и установить свой сюзеренитет над большинством спорных областей. Однако как только немцы покинули Южную Италию Рожер II быстро подчинил принадлежавшие ему ранее территории и города и стал снова полным хозяином страны. Лотарь III тяжело заболел на обратном пути. Долетевшие до него слухи об успехах противника ускорили его смерть.
На выборах 1138 г. повторилась уже знакомая история. Ближайший родственник умершего короля – его зять Генрих Гордый (герцог Баварии из династии Вельфов) – представлялся князьям слишком могущественным и независимым, и они предпочли кандидатуру Конрада Штауфена, выступавшего уже при жизни Лотаря III в качестве антикороля. С избранием Конрада III на германском престоле больше чем на столетие утвердилась династия Штауфенов (Гогенштауфенов), при которой «Священная Римская империя» пережила свой последний взлет.
Главными противниками Штауфенов были Вельфы – самая могущественная княжеская династия Германии. Глава этого семейства Генрих Гордый имел огромные владения. Кроме Баварского герцогства, ему принадлежали фамильные земли в Швабии и Средней Италии (наследство маркграфини Матильды). После смерти Лотаря III ему перешла Саксония – приданое жены. Так образовался огромный владельческий комплекс Вельфов, простиравшийся, хотя и не компактно, от Средиземного до Балтийского моря. Напрашивается мысль, которую высказывают немецкие буржуазные историки, что утверждение на германском престоле Вельфов далеко продвинуло бы дело политического объединения Германии. Именно поэтому немецкие князья, больше всего дорожившие своей политической автономией, и не допустили избрания Вельфа. Но, видимо, даже если бы Генриху Гордому или его наследнику и удалось получить королевскую корону (неудача баварского герцога во многом объяснялась тем, что выборами 1138 г. руководил личный противник Вельфа – трирский архиепископ Альберо), вряд ли они смогли бы изменить направление политического развития Германии. Территориальные интересы Вельфов в Италии и династические заботы в разных частях Германии сталкивали их с могущественными магнатами страны. Перевес сил явно определился в пользу княжеского партикуляризма.
Попытки Конрада III разрушить владельческий комплекс Вельфов оказались безуспешными. Нечего было помышлять о ревиндикации коронных земель, входивших в наследство Лотаря III в Саксонии. На собрании князей в Вюрцбурге в 1138 г. король добился решения об отторжении у своего противника Баварского и Саксонского герцогств. Бавария была передана Леопольду Бабенбергу, Саксония – Альбрехту Медведю из дома Асканиев. Однако этот раздел не удалось осуществить. Вскоре оба герцогства снова оказались в руках Вельфов.
Конрад III был первым германским королем со времени основания империи, не совершившим ни одного завоевательного похода в Италию и не получившим императорской короны. Этому больше всего помешало его участие в так бесславно завершившемся втором крестовом походе. Правда, сенат Римской республики предлагал ему императорскую корону, когда он на обратном пути с Востока остановился в Италии (1149), но Конрад III отверг подобное предложение, желая получить корону только из рук папы, перед которым он всячески заискивал. Из-за угодничества перед церковью ему присвоили прозвище «поповский король».
Готовясь к походу в Южную Италию, Конрад III заключил антинорманнский союз с византийским императором Мануилом, женатым на его свояченице. Рожер II Сицилийский в свою очередь вошел в соглашение с Вельфами и французским королем Людовиком VII. Княжеские смуты в Германии помешали Конраду III совершить планировавшийся поход в Рим за императорской короной и в Южную Италию против Рожера Сицилийского. Буржуазные немецкие историки почти единогласно хвалят этого короля за то, что он определил своим преемником не собственного сына Фридриха, которому было только 7 лет, а племянника Фридриха – тридцатидвухлетнего герцога Швабии. Некоторые даже называют этот шаг самым выдающимся деянием этого короля.
С именем Фридриха I Барбароссы (1152-1190) связаны важные события в истории Германии и в судьбах «Священной Римской империи». В оценке политики этого императора в немецкой буржуазной историографии имеются значительные расхождения. Одни приписывают ему стремление укрепить королевскую власть в Германии, расширить и консолидировать домен, что должно было сплотить государство. Энергичную итальянскую политику Барбароссы они объясняют этими внутригерманскими задачами. Италия, таким образом, должна была покрыть издержки укрепления германского государства (К. Гампе, И. Галлер, Д. Шеффер и др.). Другие, наоборот, считают, что Фридрих I уже не помышлял о сплочении Германии, а стремился только сохранить существующее равновесие политических сил, опираясь на отдельные группировки князей. По мнению этих историков, итальянская политика Барбароссы вовсе не способствовала укреплению королевской власти в Германии, а требовала только огромных издержек за счет внутренних средств Германского государства. Итальянская политика не укрепляла позиции императора, а усиливала зависимость императора от князей (Г.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37